Монашество, инквизиция и прочие важные вещи

МОНАШЕСТВО КАК КЛЮЧ
Сначала меня заботили иезуиты; создать транснациональную мировую систему масштаба «General Motors» в XVI веке невозможно в принципе, — еще не вызрели нужные социальные механизмы. Однако иезуиты не одиноки; те же францисканцы имели в своих рядах датчан, французов, испанцев и еще массу представителей из десятков регионов.

Понимаете, чтобы стать работающим в Китае францисканцем, человек XVI века должен:
1. Узнать о существовании такого ордена
2. Отпроситься у своего сеньора (что почти невозможно)
3. Войти в монастырский быт и получить должное образование
4. Достичь уровня квалификации, при котором его не стыдно отправить в Китай

При этом в XVI веке в Европе открыто едят человечину (есть документы), в конце XVIII во Франции нет ни единого корабля, имеющего не римское, не языческое название (есть сканы), а в 1811 году в народе весьма популярны совершенно языческие Черный Бог и Белый Бог.
ВЕРСИЯ: монашеские ордена во всем их великолепии созданы в XIX веке и — главное — в кратчайшие сроки, буквально за годы.

Есть только один способ мгновенно записать в ряды ордена тысячи человек самых разных национальностей в самых разных концах планеты, и этот способ нам хорошо знаком — ГУЛАГ. Сравните сами:
1. Здания ордена расположены в самых разных регионах
2. Здания ордена хорошо укреплены, и выйти без разрешения невозможно
3. Отделения ордена вносят огромный вклад в местную экономику
4. Монахи одинаково одеты, а их головы одинаково побриты — с вольным не спутаешь
5. Работают монахи за еду, ничего сверх необходимого
6. Иногда монахи бегут, но система сыска доставляет их обратно
7. За нарушения режима — суровые наказания
8. Монахи имеют личное светское прошлое, иногда блестящее
9. Часто люди принимают монашеский обет после совершения ими тяжкого греха
10. Грех находится в юрисдикции инквизиции, и ей необходимо признание вины и покаяние
11. Если инквизиция сочтет, что грешник не раскаялся, его отправят на костер
12. Монашество пожизненно, что вполне адекватная замена костру

ИНКВИЗИЦИЯ, КАК ИНТЕГРАТОР
Позитивная роль инквизиции сильно недооценена. В средневековой, раздробленной на феоды Европе внезапно появился фактор, гребущий в свои закрома всех — сирых и знатных, бедных и богатых, мастеровых и музыкантов, грамотных и простых. Подданство, семья, достаток — не имели значения; брали даже братьев королей — чем выше человек, тем более лакомым куском он являлся.
Важны и конфискации: Церковь и Корона были в равных долях, и в руки конфискаторов попадали дома и склады, корабли и фамильные земли, заводы, фабрики и — главное — секреты производства. Возможно, именно в этом отгадка огромной культурной роли Церкви: знания и секреты производства, некогда принадлежавшие сгоревшим на кострах частным лицам, вошли в мир под марками орденов.

Но главное, в руки Церкви и Короны попали заморские владения. Когда смотришь на планетарную карту колоний державы, следует понимать, что все это захвачено приватирами и конкистадорами, бравшими города на свой страх и риск и подчинявшими их строго на феодальной основе. Причем, Британия отменила право сеньора в Америке лишь в 1825 году, а в целом в Европе принцип «вассал моего вассала не мой вассал» был окончательно вытеснен из жизни лишь в 1860-х годах (это — одно из самых темных пятен в истории, источники молчат, как мертвые солдаты). То есть не было никаких колоний у «Британии», были графства и княжества, принадлежавшие британским графским и княжеским семьям. И отнять эти графства и княжества в пользу британской Короны можно было единственным способом: подвести под конфискацию главу рода, на которого это все записано.
Возможно, в этом один из смыслов замены размытого по всей семье матриархального права на унитарное патриархальное право. Людей поймали на жадности, на желании сконцентрировать все в одних руках, и тут же пустили под нож.

COSA NOSTRA
Основное условие быстрой интеграции разнородного имущества описан у Льоренте. Инквизиции работали ФАМИЛИЯМИ, а основными доносчиками (злоупотребляли сволочи) были члены «милиции Христа», обычно принадлежащие к семье инквизитора. Доносчиков-чужаков быстро подводили под статью, и полученное ими за донос имущество поступало в правильные руки. Более того, несмотря на привычные образы, Церковь в смысле имущества долго не была единой: во времена Французской революции церковное имущество было повсеместно феодальным, то есть, разбитым на владения конкретных семей. Отсюда такая драка за епископские кресла.
Монастырские феоды, кстати, были самые настоящие — вплоть до права мертвой руки и первой ночи. Документы остались.

ПОРЯДОК ПРИСВОЕНИЯ
Хороший пример — судьба ростовщических имуществ. У грамотного ростовщика золота на руках нет, — все в деле, и главное имущество семьи — расписки должников. Именно эти расписки и попадали в руки Церкви и Короны сразу после конфискации, и сотни, тысячи грандов и сеньоров становились должны Церкви и Короне: или немедля возвращаешь занятое у осужденного нехристя правопреемнику (то есть, Церкви и Короне), или — костер за нарушение запрета Церкви брать в долг у язычника или еврея. Есть вариант: отдаешь свое графство в Новом Свете (конкретно в Штатах — 155 графств) в руки государства.

НОВОХРИСТИАНЕ
А теперь представьте ситуацию. Богатый еврейский клан, раскинувшийся вдоль Рейна от истоков до устья, попал под раздачу. Всех вынудили креститься, тут же нашли пару нарушений у только что ставшей христианкой 13-летней Ривки (с 12 ее уже можно отправлять на костер), сунули ее в пыточную, заставили подписать, что нужно и быстро быстро добрались до горла — до ставшего по христианскому праву первородства юридическим главой семьи мужчины.
Мужик реально не в теме; еще вчера он считал родство по матери и тупо не готов к такой ответственности, а потому говорит лишнее, быстро признает вину, и ВСЯ собственность клана, вся торговая сеть — от истоков до устья — переходит фамилии местного инквизитора. Крови — минимум, эффект — максимальный.

КРОВЬ ХРИСТИАНСКИХ МЛАДЕНЦЕВ
Есть вариант почище — христанский младенец. По материнскому праву сын в смысле наследования имеет меньшее значение, чем дочь. В народном ирландском праве разрешается выдавать дочку замуж до 21 раза, и с каждым замужеством она представляет все большую ценность, — поскольку нажитого непосильным трудом становится все больше.
Ну, а поскольку сын почти никто, его легко отдают приймаком в почтенную христианскую семью, с которой выгодно хоть как-то породниться. А в 1767 году (официальная дата отмены многоженства, тесно связанного именно с матриархальным укладом) правила меняются, и старший сын крестившегося приймака становится наследником ВСЕГО. И на защите этого его права стоит вся христианская церковь. Даже если отец ребенка добьется развода, ребенка-христианина ему не отдадут, — есть соответствующие буллы. Что делают офанаревшие от такой наглости евреи? Правильно: крадут и убивают младенца. И попадают в историю — в обоих смыслах.
Хочу подчеркнуть, что младенец в любом случае обречен. Если напуганные евреи признают формальный приоритет ребенка в деле наследования, инквизиторы дождутся его совершеннолетия полукровки (14 лет), обвинят в жидовской ереси и отправят на костер. В эпоху передела имущество евреев просто обязано перейти инквизиторскому клану — тем или иным способом.

КРЕЩЕНИЕ КАК РЭКЕТ
Последний такой случай произошел в Италии в середине XIX века. Еврейского ребенка из богатой семьи с помощью прислуги обманно крестили, и церковь тут же взяла его под опеку и защиту, — просто потому что этот ребенок законный наследник всего родительского имущества.
Как видите, способов присвоения было достаточно, и все они относительно нежестоки, а главное, приводят к быстрому результату.

КОНФЛИКТЫ МЕЖДУ СВОИМИ
Льоренте описывает интересную практику: старшие рангом инквизиторские конторы отбирали богатых клиентов у контор поменьше. Как это юридически возможно? Плюс главное: как именно они разрешали этот конфликт между собой?
На мой взгляд, все упирается в центральный офис клана еретиков: кто стал наследником центрального офиса, тот может и бумаги остальным претендентам на имущество предъявить. В худшем случае можно взять печать, сунуть на подпись озверевшему от пыток гендиректору бумаги, и недостающие правовые документы тут же появятся. Именно поэтому все головные офисы монашеских орденов находятся всего-то в паре-тройке мест, в частности, в Риме. По сути, орденские структуры, переписывая на себя торговые сети еретиков и евреев, в точности ложились на эти торговые сети. Результат — мгновенное переподчинение огромных пространств и колоссальных ресурсов, прежде всего, человеческих.
Ордена встроились в еврейские и еретические производства и торговые сети один в один и заместили их — во всех деталях. Если орден ухватил много, он объединял под собой несколько сетей. Именно так в орденах и появилась разношерстная компания из датчан и бордосцев, баварцев и чехов, поляков и румын. Крестьяне — отдельный разговор; их даже не спрашивали, когда переписывали на монастырь. Выбор-то невелик: или признаешь официальный правовой акт, или отправляешься на костер. Обычно, когда вожака сжигают, остальные подчиняются.

ПРИВАТИЗИРОВАННЫЙ РИМ
Именно здесь ответ на вопрос, что стало с языческим Древним Римом, — его приватизировал Рим католический. Все перешло из рук в руки, в режиме реального времени. Тот, кто приватизировал голову — в Риме, стал головой, а тот, кому достался хвост — на Гаити, стал хвостом, правда, хорошо оплачиваемым хвостом.

 ВСЕ КОНЦЫ
Здесь, кстати, скрыта разгадка всего — вообще всего. Вот, к чему я пришел:
1. Америку открыли НЕ христиане.
2. Америку открыли и начали осваивать ДО 1826 года
3. Колумб не открыл Америку, а перекрышевал — в 1826 году (1492 + 334, это 4 цикла Урана). Именно на 1825-1830 годы приходится появление статистики американских товаров
4. Версии о том, что тамплиеры имели в Америке серебряные копи, обоснованы
5. Тамплиеров репрессировали в 1826 году (1306 + 501, шесть циклов Урана + 19 лет, лунный цикл)
7. Тамплиеры погибли потому, что были самым слабым торговым орденом, были ордены и посильнее
8. Новый Завет не нацелен на передел, первородство — ДОхристианская норма
9. Уже первое серебро Америки отдало в руки зятьев силу, с которой можно выступить против всех
10. Ведущая сила переворота к первородству — «дети богов», то есть, высокородные первенцы, зачатые в храмах
11. Тягловая сила переворота к первородству — недовольные своей участью разбогатевшие зятья
12. Удобный случай для переворота — катастрофа, утопившая в приморских городах всех крутых
13. «Американцы» могли высадиться в опустевшей Европе уже главными лицами, наследниками по факту
14. В Библию вкладывалось исключительно Восточное Средиземноморье, им нужен был выход в Америку
15. Библию правили неоднократно, и первый вариант вряд ли содержал право первородства — рано
16. Библия — попытка объединить относительно просвещенные национальные элиты в единый народ
17. Новый Завет создан позже Ветхого и написан для народа, а Ветхий — прежде всего, для элиты
18. Вложение религией в Западную Европу для освоения Америки оказалось чрезвычайно удачным
19. Именно объединяющее всех иудейство противостояло язычеству Древнеримской Европы
20. Изначально христианство было языческим культом, связанным с детскими жертвоприношениями богам. На это указывают детали карнавалов — от Италии до Швеции. Девочек приносили в жертву чаще (голодный тибетско-китайский вариант)
21. Жертвоприношения были и в иудаизме, но жертвовали мальчиков, потому что общество было более сытым
22. Государства инков и майя построены иудеями — в том, прежнем значении этого термина — на привычной основе
23. Зятья и «дети богов» более или менее уцелели потому, что все время были в пути
24. Сильнее всего пострадала при катастрофе суша — в долины рек сносило фторовый пепел — это стандарт
25. Когда зятья и «дети богов» вернулись, они вернулись на свободное место — единственными носителями ноу-хау
26. Серебро в изобилии было у двух сил: «американцев» и «татар» на перевалах. Интерес поднять сети был у обеих сил. Даже если бы зятья вернулись из походов без серебра, им бы ссудили денег сидящие на перевалах горцы — потому что больше некому. Традиция горцев той же Швейцарии ссужать деньгами портовых трудяг сохранилась и поныне
27. Зятья и «дети богов» объявили новую парадигму — о первородстве. Смысла делиться абсолютной властью с уцелевшей родней жен уже не было
28. Среди «детей богов» было довольно много кастратов, отсюда женоненавистничество Церкви
29. Здесь же появилась нужда в едином, всех раз и навсегда искупившем Иисусе — чтобы остановить массовые жертвоприношения детей
30. Элита уже понимала, что ключевой ресурс — люди
31. Когда новые властители начали нагибать сети, те воспротивились, и тогда появились крестоносцы и инквизиция. Думаю, костяк новой армии составили горцы, они же «татары»
32. Все вышесказанное о монахах и инквизиции остается в силе — с поправкой: речь идет о перевороте внутри некогда единой системы
33. Проникнитесь, к власти пришли люди, знающие только монастырскую да кочевую торговую жизнь — без тормозов. И они перестроили весь мир — под себя

Развивая идеи френдов

ну, и свои, естественно :)))

У френда Igоr Grek, он же apxiv можно увидеть картинку, иллюстрирующую, как товары со всего бассейна реки стекаются в город-порт у моря. Порт — по речным путям — становится аккумулятором богатства всего региона вплоть до водоразделов.

Теоретически, именно города-порты должны были стать центрами всего, в том числе, и государств. Насколько все серьезно, моржно понять из карты бассейна Волги. В Астрахань (сердце Орды), в конечном счете, стекается ВСЁ.

А вот северо-запад России, и ВСЕ товары региона когда-то сплавлялись исключительно водными путями (дорог там и сейчас немного). Финальные города в устьях должны буквально благоухать благополучием!

Однако столиц на побережьях — кот наплакал. Насколько я помню, именно у френда serj_aleks многократно повторена мысль, что цивилизация начиналась на реках, а море — финальная часть развития. Налицо противоречие.

БЫКА — ЗА РОГА
Есть бассейн реки. Там растят рожь, теребят коноплю и лен, содержат кур и кое-как одомашненных гусей, ковыряют мелкие домашние шахты, извлекают из руды медь да лепят горшки.
Есть город-порт, имеющий возможность аккумулировать богатства, но не имеющий значения до тех пор, пока не началось каботажное плавание.
И есть соседние бассейны — там, за водоразделами, — реки, ведущие в иные края, часто в иных климатических зонах, а потому богатые самыми экзотическими товарами. Хороший пример — найденная недавно трансконтинентальная сеть, поставлявшая превосходные кремневые ножи из одного-единственного карьера в самые удаленные уголки Европы — еще до городов-портов.

ПРЕПЯТСТВИЕ
На пути из реки в реку по суше всегда лежит водораздел. Надо или на быках тащить, или на себе. Обычно водоразделы это высокое место, где много мелких ручейков и всегда свежая трава — джайляу, идеальное место для скотоводчества. Пахарю там делать нечего, рыбаку — тем более, а вот кочевнику-скотоводу — в самый раз. Внизу и трава быстрее жухнет, и за потраву полей могут привлечь, а здесь — и водопои, и трава, и безлюдье.
Для скотовода это его родовая земля и всякий, кто попытается пройти по ней (а тем более сделать бизнес) без бакшиша, получит в лоб (я со товарищи, чтобы пройти на ту сторону в одном из таких укромных местечек, платил. Нет, сначала мы заартачились, но потом оказалось, что без помощи местных — никак). Москва стоит аккурат на таком месте; именно здесь лежит водораздел, соединяющий перевозами с десяток крупных рек во все концы Восточной Европы.

Теоретически, все водоразделы Европы (и не только) должны представлять из себя специфические «места силы», населенные теми, для кого это географическое положение — основной источник благосостояния. Вот, кстати, реки Швейцарии — в Италию, Венецию, на юг Франции, на север той же Франции, в Германию, Австро-Венгрию… — чем не Москва?

Обратите внимание, где пролегает граница Чехии — строго по водоразделам. Просто раньше там стояла племенная таможня, а сейчас — государственная.

Думаю, все старые границы именно таковы (все, что начертано по центру реки, типа Амура, — молодое). И, разумеется, в таких гористых местах должен образовываться свой центр влияния, своя таможенная столица. Такая была у Атиллы в Венгрии, таков Базель. Люди исполняли посреднические функции по переброске товаров из бассейна в бассейн и нехило на этом имели.

ПРАВИЛО ТРЕТЬЕЙ СТОРОНЫ
Казалось бы, третья сторона не нужна. Вышиби ее и торгуй с партнером на той стороне без пошлин. Но не тут-то было. Обе речные торговые сети имеют равные права «держать шишку» (очень часто это перевал), и ни одна не признает права партнера на исключительность. Но мир устроен так, что голова бывает лишь одна. Плюс обе сети заинтересованы в сбыте своего товара, и, кто бы ни сел на перевал, и кто бы ни попытался проявлять твердость, пойти на уступки его заставят свои же, — и система рухнет.
Именно поэтому, чтобы переброска шла, как часики, демпинговщикам-контрабандистам не потакали, а деньги исправно капали, нужен третий — тот, кому будет плевать на частные интересы отдельных участников торговли. Лучшая фигура здесь — некий обобщенный «татарин».

НЕ СОСТОЯВШИЙСЯ КОНФЛИКТ
Умозрительно, конфликт меж двумя центрами силы — «татарами» на перевалах и городами-портами, абсорбирующими речные богатства, — неизбежен, но нет, конфликта не будет. Портам интересно расширять поток товаров, и все, что идет из других бассейнов, расширяет возможности.

ПЕРВЫЕ КАБОТАЖНИКИ
Первые каботажники — рыбаки в дельтах крупных рек, таких, как Нил, Дунай, Днепр и Волга. Дельта — превосходный тренировочный полигон, и однажды рыбаки, привыкшие плавать от острова к острову и, в погоне за косяками рыбы, уходить по течению в море, рискнут и посетят устье соседней реки. Перед нами — первый каботаж.
Каботажное плавание от Дуная до Днепра (как пример), чрезвычайно выгодное занятие. Это разные бассейны в разных климатических зонах. и товары там совершенно разные. Едва это происходит, возникает мощное течение товаров строго по первому рисунку — от истоков к устью. Возникают порты и богатейшие города. Возникает сфера услуг и всякие излишества.
Казалось бы «татары» должны забеспокоиться, но — нет. Все это все равно пойдет и через перевалы, а племенной «таможне» выгодно, чтобы многообразие товаров увеличивалось. Кочевник так же не сунется брать приступом стоящую на острове морскую крепость, как моряк не сунется штурмовать заснеженный перевал. А главное, зачем?
Каботажники — важнейшее властное звено. Если помните, у Толля в энциклопедии все 12 апостолов — рыбаки, а якорь и сейчас — важнейший христианский символ.

РАЗЛИЧИЯ
Города-порты эгоистичны. Даже если семья захватила с десяток устьев рек и поставила там десяток портов-крепостей, одним целым это не станет. Бассейн реки самодостаточен и самоизолирован: любой, кто сядет на такой порт в устье, скажет родственникам «привет» и объявит самостоятельность. И с ним будут говорить как с равным, — слишком высока концентрация ресурсов в таком порту. Города-порты не желают единой государственности всем своим существом — им это не надо.
Совершенно иначе обстоит дело на водоразделе. Племенам, контролирующим водораздел, требуется сохранять единую систему поборов и быть готовыми всегда прийти на выручку соседу. Слишком велика протяженность границы (в отличие от компактного порта). Таможенник априори государственник.
Город-порт — работяга. Сплавает, поторгуется, привезет, положит на склад, дождется нужного сезона и продаст по наивысшей цене. Таможенник водораздела находится в совершенно иной ситуации. Он прикован к месту, он не контролирует сезонных колебаний цен, ему никогда не удастся создать товарный запас — все товары, проходящие через водораздел, — чужие. Это ключевой момент: порт запасы создает, а водораздел — нет. Поэтому в горах крупных городов нет, а что ни порт — то ярмарка тщеславия. Зато горская таможня в изобилии собирает платежный эквивалент. Ей не надо особо развивать производство, — все, что ей нужно, ей привезут — за деньги. Обратите внимание, Атилла со своей казной сидел в горах Венгрии, Швейцария — даже чрезмерно очевидный пример, а есть и Москва, крывшая купола золотом, есть Иерусалим с его набитым богатствами храмом… и все это не города-порты, все это — таможни.

НАИБОЛЕЕ ИНТЕРЕСНЫЕ ТАМОЖНИ
Остров Элефантина в верховьях Нила, именно там стоял Иерусалим.
Остров Родос возле Каира, державший транзит из Индий в Европу. Кстати, там рядышком огромные зерновые склады, то есть налицо симбиоз порта и таможни — выгоднейший вариант.
«Пиратский» Карфаген, разделявший западную и восточную части Средиземного моря.
Порт-Роял на Ямайке.

Последнее место — ключевое. Англичане, вместо того, чтобы растить хлопок и сахар, возить рабов и гнать ром, просто поставили на пути из Вест-Индии таможню. Вы ведь не думаете, что пираты захватывали все суда, что попадались на пути? Куда им столько барахла девать? Где и кому вы продадите несколько тысяч рабов на захваченных двух десятках кораблей? Чем будете их кормить, пока не появился покупатель? Да, и кто будет покупателем? Такого скупщика награбленного где-нибудь в Вирджинии вычислят в два счета и повесят на первом суку.
То же с сахаром. Сахар сыреет, нужен покупатель. А куда девать корабли? Топить? А собственное боевое судно превращать в сахарную баржу? Будьте уверены, английские пираты брали с проходящих судов бакшиш и отпускали восвояси. По крайне мере, именно так поступали алжирцы и тунисцы, и смысла отступать от накатанной технологии лично я не вижу.
Удачно поставленная таможня рулит.

КАТАСТРОФА
Как я уже писал, катастрофа, утопившая большую часть античных/средневековых городов-портов мира, перераспределила власть в пользу сухопутных торговцев. Именно так у власти в Египте и Византии ушли моряки-греки и появились турки и арабы. Но вопрос пора увидеть шире. Едва затонуло побережье Крыма, у Москвы появилась реальная возможность (и желание) его присоединить. Едва все порты Средиземного моря вместе с их элитой ушли на дно, появилась необходимость отстроить их заново — на 8-12 метров выше, чем прежние. Более того появилась возможность переприватизировать осиротевшие речные сети. Вспомните, как это было в Египте: в год пепла Амр ибн аль Ас вошел в Египет, а еще через год в его руки пала Александрия. И Египет из мелкого кусочка в дельте Нила превратился в ту страну, которую мы знаем. Бассейн реки, а то и два, и три сопряженных бассейна становятся единым государством, а вольные греческие, сирийские, алжирские города остаются в прошлом. Едва города утонули, бассейнам стало нечем сопротивляться, а у таможни — у единственной — остался товарный эквивалент (см. вторую главку выше), за который можно было купить все.
Так появились государства.

НАШЕСТВИЕ
Что такое татаро-монгольское нашествие на Европу, и сейчас неясно. Лучший кандидат — ситуация, когда сидевшие на торговых трактах Липецкие татары, оставшись без привычного дохода, двинулись во все стороны в поисках лучшей доли. Конфликты начались мгновенно. Видимо, нечто подобное происходило повсеместно, и для этого татарам не понадобилось идти аж из Монголии; все они местные, вполне уважаемые и хорошо известные. Перекрышевание татарами устьев рек, прямо сейчас дотошно не докажу, но Амр поступил именно так. Собственно, ВСЯ Северная Африка поступила именно так: греков и евреев сменили арабы да берберы.
Не думаю, что в Европе было как-то иначе; взлет кельтского патриотизма во второй половине XIX века указывает на эту же схему.

ПОРТ-РОЯЛ
Здесь — все тот же самое. Таможня вроде как утонула, но на деле утонул таможенный пост, а сидящая в Лондоне таможня превосходно сохранилась и, пройдя по следам утопленников — по всему миру, — унаследовала их имущество.

КОНКРЕТИКА
И вот теперь появляется возможность отделить подставных зиц-председателей от подлинных центров силы. Скажем, вот реки, всей своей природой призванные создать первоцивилизацию: Нил, Волга, Днепр, Дунай, Рейн, Инд, Ганг, Янцзы, Хуанхэ, Тигр, Евфрат.
А вот регионы-таможни: Элефантина, Родос, Карфаген (Тунис), Голштиния, Дания, Гранада, Ормуз, Дели, Москва, Рим, Базель, Стамбул, Новгород, Порт-Роял, Хортица, Ла-Манш.

Любопытно, что Венеция в этом деле достаточно вторична: это город-порт — обычный морской труженик. Подлинные властители денег в том регионе — Стамбул да Флоренция, переправлявшая товары по суше — в обход Карфагена. Хотя… я, возможно, и ошибаюсь: дерево растекания товаров по всему Черному морю сразу за Стамбулом, ничуть не менее красиво, чем дерево речной сети Волги.

ГРАНИЦЫ И ВОДОРАЗДЕЛЫ

Испано-французская граница — строго по водоразделу.

 Чехию мы уже видели — идеальная граница. Строго по науке 🙂

 Андорра — просто супер. Страна-бассейн. Не отсюда ли такая стабильность? В Югославии все нарезано (видимо, недавно) радикально иначе.

Австрия — продолждает линию Швейцарии, наглухо отрезающую Южную Европу от Северной. Товар должен идти строго через таможни. Отсюда и Венская опера, и удивительная стабильность: окраины типа Венгрии, трясет, а здесь — вечный, хорошо оплаченный покой.
Вы все еще верите в случайный характер такой нарезки?

Финляндия. Ну, здесь Россия кусок отгрызла, а север — строго по водоразделу.

Польша. Слева и справа — сплошной передел. А вот на юге — тишина. Все стабильно, потому что граница правильная.

Германия. Совершенно тот же, польский вариант. История доколумбовой Европы это история разрезающих ее гор.

А вот совсем юная граница — по реке.